kurush1 - Блог Максима Гардуса (kurush1) wrote in studrespublika,
kurush1 - Блог Максима Гардуса
kurush1
studrespublika

Category:

Все известные вам государства будут разрушены - Сергей Дацюк Ч.2

Все известные вам государства будут разрушены  -  Сергей Дацюк Ч.1
Юрий Проценко: А куда ведут экспансию индусы?
Юрий Романенко: Проще сказать, куда не ведут. Они везде: Британия, США, арабские страны и др. Более того, они навязывают свой формат. Они, как и китайцы, заходят и пытаются договориться (как и сейчас с батькой Лукашенко), которые четко говорят: нам нужен чайна-таун. Почему? Да потому что это анклав! Опорная точка, через которую потом собирается материальный ресурс, люди, ведется управление.

С вашей точки зрения Китай это мощное незыблемое государство, но мы уже сейчас на этом примере видим, что Китай выстраивает сетевую структуру и уже работает как сетевая структура.

Сергей Дацюк: Именно. Мир как чайна-таун.

Юрий Проценко: Он выстраивает это вне Китая, но не позволяет делать этого никому внутри Китая.

Юрий Романенко: Китай выталкивает людей вовне через сетевые структуры, потому что нет другого выхода.

Сергей Дацюк: И что значит «позволяет – не позволяет»? Дело в том, что…

Юрий Проценко: Нет диаспоры украинцев в Китае!

Юрий Романенко: Почему? Есть!

Сергей Дацюк: Секунду. Мы смотрим на этнический момент, а мир больше не будет поделен по этническим субкультурам.

Юрий Проценко: Я думаю, что всегда будет.

Сергей Дацюк: Почему вы так думаете? Потому что так было до этого – верно?

Юрий Проценко: Нет, потому что есть такое чувство как национальное чувство. Оно иррационально.

Сергей Дацюк: Вот сейчас Киево-Могилянка за мои деньги каждый год выпускает людей, которые через 5 лет становятся эмигрантами, они правдами и неправдами уезжают работать и жить в Европу. Я как налогоплатильщик за это плачу. Скажите – это пример чего? Большой любви к стране, к языку? Они же на каждом углу кричат, что они формируют национальную элиту. Что это за национальная элита, которая не остается жить в стране?

Юрий Проценко: Это кризис.

Юрий Гаврилечко: Отнюдь. Она не будет оставаться. Из моей группы, в которой училось 12 человек, 9 давно живут за рубежом и возвращаться не собираются. Они уехали отсюда в 2000 году, когда еще ни о каком кризисе речь не шла.

Юрий Проценко: Я говорю не об экономическом кризисе, а о кризисе межнациональных отношений.

Сергей Дацюк: Этнос к этому не имеет никакого отношения. Люди очень легко изучают иностранный язык. Легко интегрируются с другой культурой. Культура стала легкоинтегрируемая.

Юрий Проценко: Так всегда было. Всегда ехали в ту Америку и всегда…

Сергей Дацюк: Не всегда. Пока у вас не было этой инфраструктуры, это не было так. У вас не было мест, где вы можете легко, быстро и просто изучить иностранный язык; мест культурной интеграции, где вас примут, покажут где жить, вложат в руки памятку и т.д. Этого раньше не было.

Юрий Проценко: Сейчас это просто легче, но ехали и в 19, и в 18-м…

Сергей Дацюк: Раньше это было не сложнее, это было невозможно!

Юрий Проценко: Половина Западной Украины уехала в Канаду еще со времен Австро-Венгрии.

Сергей Дацюк: Да, но тогда это было связано с многими годами лишений. А сейчас этого не нужно. Кроме того, вы говорите о тех, кто выжил, а сколько было тех, кто не выжил.

Юрий Проценко: Лишений стало меньше, это стало доступнее.

Сергей Дацюк: А я о чем вам говорю! Появились другие измерения, которые явно не этнические…

Юрий Проценко: Но там они не ассимилируются.

Сергей Дацюк: Держите рамку вопроса, потому что если вы этого не делаете, мне сложно с вами говорить… Если мы говорим «этническое – не этническое», я говорю: не этническое, потому что оно уже значения не имеет. Мы за мои налоги формируем национальную элиту, а она не живет в стране.

Юрий Романенко: Этническое – это форма защиты тех людей, которые не имеют достаточной мобильности для того, чтобы интегрироваться, инкорпорироваться в эти структуры. Это форма защиты. Через этническое формируется картинка «свой – чужой».

Вот я, например, вчера с индусами разговаривал. Они говорят: приезжай к нам в Дели, будем развивать проект, посмотришь – вернешься назад. Мы говорим с ним на языке гораздо более нам понятном, чем зачастую с русским или украинцем, когда я, допустим, приезжаю в село к своей теще, где на меня смотрят как на инопланетянина.

При этом они даже не смотрят на себя как на этнических украинцев – они смотрят на себя как на «волыняков», потому что у них степень мобильности еще больше ограничена, чем тот, кто рассматривает себя как этнического украинца. Потому что он видит себя в масштабе некой территории, где есть свои люди…

Как говорил Бенедикт Андерсен: что такое нация – это воображаемая общность. Я воображаю, что человек, находящийся в Луганске, имеет ко мне близкие мировоззренческие характеристики. А дальше ты либо переходишь на более высокий уровень и мыслишь себя другими масштабами, либо остаешься на том же, либо идешь на более низкий уровень, где ты мыслишь масштабами региона – вплоть до своего села. Поэтому я согласен здесь с Сережей, что это все именно благодаря тому, что появился инструментарий.

Сергей Дацюк: А теперь давайте разберем вопрос иного. Лет 7 назад я предложил Могилянке честно исследовать, сколько их выпускников уезжают. Получил отказ. То же было 5 и 3 года назад.

Юрий_108: Просто они прекрасно знают, что тут остаются единицы их выпускников.

Сергей Дацюк: Тогда у меня возникает вопрос: почему я как гражданин должен за это платить? Почему они обучают эмигрантов на мои деньги? Обучайте их на их деньги! Я не хочу платить налоги за обучение в Киево-Могилянке… Я бы хотел, чтобы этот вопрос обсуждали, а не будет ли Табачник министром образования или нет. Мне плевать на это.

Юрий Гаврилечко: Могилянка – частный пример. Давайте смотреть шире: Украина переходит на Болонскую систему – зачем? Основной аргумент чиновников: чтобы наш диплом котировался в Европе. А теперь у меня возникает резонный вопрос: на кой черт я за свои бабки буду готовить кадры для Европы?

Юрий Проценко: Понятно…

Юрий Гаврилечко: Нет, большинству это не понятно. Мало того, в Европе учиться проще простого. На сегодня любой из присутствующих на этой встрече может абсолютно бесплатно учиться в большинстве европейских вузов мира. Поступай – учись. Тебе даже стипендию платить будут. Сама по себе постановка вопроса о признании диплома из позапрошлого века, потому что если ты хочешь учиться, такие возможности есть. Но если ты хочешь учиться за мои деньги, то таких возможностей у тебя нет. Пожалуйста, украинское государство предоставляет возможность учиться потенциальным мигрантам за деньги всех налогоплательщиков и благополучно развивать чужую экономику. Мало того, оно еще и активно лоббирует этот вопрос, навязывая через СМИ информацию о том, что это то, что «тигр любит больше всего».

Сергей Дацюк: Теперь снова ставлю вопрос: почему это нигде не обсуждается?

Юрий Проценко: Потому что мы страна третьего мира.

Сергей Дацюк: Для меня это не ответ. Ладно с правительством, оно дебильное. Ладно, с ток-шоу, они работают на рейтинг. Журналисты, почему не обсуждают?

Юрий Романенко: Мы уже поняли почему, поэтому вопрос преодоления этой системы это вопрос создания инфраструктуры, которая позволяет ее преодолеть.

Сергей Дацюк: Конечно. А это значит разговор о чем-то другом, когда мы говорим об образовании. Ни про языковую политику и то, как оценивать, и кто будет министром образования, а о чем-то другом.

Юрий Романенко: Мне звонили из «Регнума» по поводу комментария о ситуации с Табачником. Говорю: ребята, а что я должен комментировать? Это третьеразрядный дисскурс, который навязан и, в общем-то, не имеет смысла. Говорить нужно о качестве образования: о том, что мы воспроизводим малообразованных выпускников, либо, мозги, которые потом выкачиваются из страны.

Юрий Проценко: Но ведь это воспроизводится с помощью Табачника.

Юрий Романенко: Нет, было и Николаенко, и позже, в общем, существует система, которая позволяла полмиллиарда взяток в год откачивать с системы образования на частные цели. Пришел следующий продолжил «благородное дело».

Сергей Дацюк: Кстати, Табачник – не самый худший министр. Хотя, как человек он мне не очень нравится, но как министр у нас были и хуже.

Юрий Гаврилечко: Вакарчук был «войдите» как человек, а как министр – еще хуже.

Юрий Проценко: Это понятно, но политика Табачника противоречит национальным интересам.

Сергей Дацюк: Кто сказал?

Юрий_108: Я.

Сергей Дацюк: Позвольте спросить. Вот есть место в представлении многих людей, где написано: национальные интересы. Я хочу до этого места дойти и мне никогда не позволяют этого сделать. Может, вы мне скажете, где то место, где есть какие-то национальные интересы, которым что-то может противоречить, а что-то – нет? Вот я считаю, что национальным интересом не есть украинский язык. Если он превращается в национальный интерес, то зачем такой язык? Почему английский не является национальным интересом США? Но ведь не является.

Юрий Проценко: Является.

Сергей Дацюк: Нет, у них поставлена проблема: введение испанского как второго государственного. И они ее обсуждают – спокойно!

Юрий Романенко: Только вчера читал статью о том, что в Калифорнии и южных штатах на испанском говорят 50–70 % людей.

Сергей Дацюк: Да, но они не комплектуют по этому поводу, потому что американец – это другое, не язык.

Юрий Проценко: Но это же национальная угроза: Штаты могут развалиться.

Сергей Дацюк: Откуда вы взяли, что Штаты не понимают, что мир фрагментируется?.. В отличие от других стран, они уже простроили стратегию на этот счет. Они переинсталируются в другой форме. Корпорация «ФРС» (уже сегодня она не государственная организация) будет по-прежнему выпускать доллар.… Ну, или если захотят, будут выпускать юань, главное то, что все будет нормально.

Юрий Проценко: Все можно поменять, но не элиту.

Сергей Дацюк: Ротшильды, Морганы как зарабатывали на мировых деньгах, так и будут зарабатывать. Даже если будут выпускать юань, они будут зарабатывать. Это не приведет к изменению.

Юрий Романенко: Акула идет за кровью, а Ротшильды идут за баблом.

Сергей Дацюк: Конечно. Штаты как государство, если у них есть стратегия принципиально нового…

Юрий Проценко: А если нет?

Сергей Дацюк: Тогда мы все в заднице, потому что у мира одна надежда – что у Штатов есть стратегия на этот случай.

Олег: Там такие люди, которые своим мышлением могут создать…

Сергей Дацюк: Да, люди там есть. Недавно приезжал человек, который более-менее понимает по футурологии.

Юрий Романенко: Нет у США стратегии, они в таком же тупике идемпотентности, что говорит Дацюк. Мой друг сейчас много ездит по США, специально поехал исследовать Северную и Латинскую Америку. Говорит, что понимания на уровне обычных людей нет абсолютно никакого. Он говорит им там про роль ФРС в управлении государством и вообще процессами в мире. На него смотрят круглыми глазами. Это первое. Второе: экономическая ситуация сильно ухудшается, т.е. перевозки падает и конца-краю этому не видно, общество эмоционально находится в таком состоянии, в каком был СССР в 1987–1988 году. Потом, по действиям элиты – я не вижу такой стратегии. Они мечутся: шаг вперед, два назад. Обама попытался взять антикорпоративный дискурс, потом откатился назад, потому что завязан на финансовые элиты. Во внешней политике такие же непоследовательные шаги, хотя четко видна антикатайская составляющая внешней политике, но это другая тема.

Юрий Проценко: Есть стратегия Ларуша.

Сергей Дацюк: Линдон Ларуш – хороший критик и у него есть хорошие разработки с точки зрения научных исследований, где он осваивает новые пределы цивилизации. Это да. Нам передавали фильм, снятый его представителями, где они геометрию Римана штудируют, придумывают идеи энергетических потоков, придумывают полеты на Марс, т.е. они рассматривают новые шаги общечеловеческой цивилизации – это да. Но в социальном плане он только критикует.

Олег: В тех же Штатах есть ядро – тот же «Ренд Корпорейшен», – которое все это просчитывает и принимает. И есть другое ядро – каста политиков, работающая с избирателями, которым ничего не говорят, потому что считают их тупыми. По языкам, по терминам эти две категории не стыкуются. Одни боятся других.

Юрий Романенко: Это то, почему загнулся СССР, ведь были и интеллектуалы, которые все понимали, все просчитывали. Это ярко видно на примере интервью с Дроздовым на «Хвиле», он бывший разведчик, выстраивал работу кучи спецслужб. Рефлексия была, понимание было, но не было и нет замыкания на действие. Почему? Потому что действие должно быть легитимизировано – массой или корпорациями. Интересы этих двух групп на сегодня расходятся. В этом основная суть ситуации, которая сейчас наблюдается в Штатах. Впрочем, не только там, но и у нас и везде в мире.

Олег: Люди, работающие с массой, они должны постоянно заниматься обменом, поэтому они думают уже практически на уровне масс, чтобы ими руководить.

Юрий Романенко: Олег, если кратко, политика стала таким дорогим занятием и требует таких огромных ресурсов, что для этого нужна поддержка корпораций. И есть старая форма в виде демократических институтов, которые легитимизируют, освящают это государство. Но эти взаимозависимости породили состояние неустойчивой легитимности, которое поскольку политикам без ресурса нельзя выйти на массы, без массы нельзя приобрести легитимность, которая освящает это государство, поэтому возникает эффект корпоративного влияния. Но из-за того, что политики вынуждены ужом крутиться между этими полюсами (корпорациями и необходимостью легитимации действий со стороны общества), они не могут принимать ни одно решение, которое радикально выводит ситуацию на другой уровень. Это же и у нас происходит. Отсюда лавинообразное накапливание проблем в самых различных сферах, потому что никто не хочет брать на себя ответственность их разрешать. Ибо в это равноценно политическому самоубийству. Отсюда вытекает вопрос устойчивости различных систем, чем больше запас прочности, тем дольше они могут мириться с таким ничегонеделанием. Кризис является формой, которая решает проблемы, которые уже нельзя игнорировать. Вот кратко суть того, с чем мы сегодня имеем дело.

Олег: Плюс вопрос времени: сколько времени можно будет лавировать до того времени, пока произойдет скачек.

Романенко: Правильно, так же как лавировал СССР и в итоге долавировался. Да и любая другая общественная система… Поэтому в Штатах, возможно, и есть понимание, но нет воли. Для этого нужна слишком большая воля. Это должна быть фигура, либо даже целая плеяда фигур, которые были бы способны не только запустить процессы, но и потом удержать управляемость над ними. Этих людей нет, нет единого центра управления мировыми процессами – и в этом проблема сегодняшнего мира, который уже давно живет как единая система.

http://hvylya.org

Все известные вам государства будут разрушены - Сергей Дацюк Ч.2
Tags: идеология, политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments